Дина Рубинас Защита русской речи и решающая роль Союза писателей России

Дина Рубинас Защита русской речи и решающая роль Союза писателей России Экодиктант

Дина Рубина стала автором Тотального диктанта-2013

Автором текста Тотального диктанта-2013  стала известная писательница Дина Рубина. По традиции автор приедет в Новосибирск — «столицу диктанта» — и продиктует текст на одной из площадок города. На других площадках участники акции смогут увидеть авторское прочтение текста в видеозаписи.

Также в рамках Тотального диктанта в Новосибирске состоится творческий вечер Дины Рубиной и встреча с читателями.

«Для меня, как для писателя, русский язык является одной из высших ценностей в жизни. Предложение написать текст для Тотального диктанта я сочла большой честью для себя», – комментирует Дина Рубина.

«Тотальный диктант в последние годы очень активно развивается за рубежом. Он превратился в международный проект, который объединяет русскоязычное сообщество всему миру. Дина Рубина – один из ярчайших русскоязычных авторов, живущих за пределами России, поэтому мы предложили написать текст диктанта именно ей», – отмечает Ольга Ребковец, руководитель проекта «Тотальный диктант».

Дина Рубина – лауреат 6 литературных премий, член Союза писателей СССР, международного ПЕН-клуба, член Союза русскоязычных писателей Израиля, автор 7 романов («Вот идёт Мессия!»,  «Последний кабан из лесов Понтеведра», «Синдикат»).

Известные современные писатели готовят тексты для Тотального диктанта уже четвертый год. В 2010 году автором текста стал Борис Стругацкий, а в 2011 году участникам продиктовал свое эссе Дмитрий Быков, в 2012 текст написал Захар Прилепин.

Союз писателей РФ поддержал ульяновского губернатора Сергея Морозова, который заменил текст «Тотального диктанта», составленный прозаиком Диной Рубиной, на текст о местном художнике-соцреалисте Аркадии Пластове. Заявление СП РФ приводит в своем блоге писатель Владимир Бондаренко.

Авторы заявления спрашивают, зачем «в страну Валентина Распутина и Виктора Лихоносова, Владимира Личутина и Владимира Кострова звать на диктант по русскому языку писательницу, родившуюся в Средней Азии, проведшую там детство, а затем переехавшую на свою историческую родину Израиль». Писатели интересуются, откуда у Рубиной могут быть «глубокие корневые корни русского языка», и сомневаются, что ее «допустили бы к диктанту по ивриту в родном Израиле».

СП РФ, повторяя аргументы губернатора Морозова, недоумевает, зачем устроители сделали «автором диктанта матерщинного писателя», отмечая при этом, что «в самом диктанте матерных слов не было». По мнению авторов заявления, диктант пропагандирует «матерное творчество» Рубиной «среди детей и подростков» (орфография и пунктуация Союза писателей исправлены — прим. « Ленты.ру»).

Тотальный диктант — акция по массовой проверке грамотности населения — проводится с 2004 года; изначально новосибирское мероприятие вскоре распространилось по всей стране. С 2010 года текст диктанта сочиняют известные русскоязычные писатели. В 2013 году диктант на слова Рубиной (его название — «Зло во благо или благо во зло?») проходил 6 апреля; ульяновские результаты с замененным текстом были аннулированы.

Дина Рубина родилась и долгие годы жила в Ташкенте, была членом Союза писателей СССР. С 1990 года живет и работает в Израиле. Она автор романов «Почерк Леонардо», «Белая голубка Кордовы», повестей «Высокая вода венецианцев», «Воскресная месса в Толедо» и многих других.

Текст Дины Рубиной, прочитанный ею в ходе «Тотального диктанта»-2013 в аудитории Новосибирского государственного университета, был посвящен интернету. Его первая часть даже названа «Евангелие от интернета». Первоначально текст был настолько сложен, что на автора, по ее словам, «навалилась группа филологов», и она «немного сдалась». « Новосибирские новости» предлагают сравнить диктант от русской писательницы, живущей в Израиле, с «тотальными» текстами писателей Захара Прилепина, Дмитрия Быкова или Бориса Стругацкого.

Текст Дины Рубиной с примечаниями выложен на официальном сайте «Тотального диктанта».

Текст диктанта 2013.

Однажды, много лет назад, я разговорилась со знакомым программистом и среди прочих реплик помню его фразу о том, что изобретена некая гениальная штука, благодаря которой все знания человечества станут доступны любому субъекту, – Всемирная информационная сеть.

– Это восхитительно, – вежливо отозвалась я, всегда скучнеющая на слове «человечество» и ненавидящая слово «индивидуум».

– Представьте, – продолжал он, – что для диссертации о производстве глиняной посуды у этрусков, например, уже не нужно копаться в архивах, а достаточно набрать определенный код, и на экране вашего компьютера появится все, что требуется для работы.

– А вот это – прекрасно! – воскликнула я.

Он между тем продолжал:

– Перед человечеством открываются неслыханные возможности – в науке, в искусстве, в политике. Каждый сможет донести свое слово до сведения миллионов. В то же время любой человек, – добавил он, – станет гораздо более доступен спецслужбам и не защищен от разного рода злоумышленников, особенно когда возникнут сотни тысяч интернет-сообществ.

Прошло много лет, а я отлично помню этот разговор. И сегодня, сменив добрый десяток компьютеров, переписываясь – под аккомпанемент клавиатуры – с сотнями корреспондентов, прогоняя очередной запрос из Гугла в Яндекс и мысленно благословляя великое изобретение, я так и не могу однозначно ответить себе: Интернет – «прекрасно» это или «ужасно»?

Интернет – во благо или во зло – рассеял туман, врубив свои беспощадные прожектора, пронизывающие режущим светом до мельчайшей песчинки страны и континенты, а заодно и хрупкую человеческую душу. И что, кстати, стряслось за последние лет двадцать с этой пресловутой душой, перед которой открылись ослепительные возможности для самовыражения?

Интернет для меня третий перелом в истории человеческой культуры – после появления языка и изобретения книги. В Древней Греции оратора, выступавшего на площади в Афинах, слышали не более двадцати тысяч человек. Это был звуковой предел общения: география языка – это племя. Потом пришла книга, которая расширила круг общения до географии страны. С изобретением Всемирной сети возник новый этап существования человека в пространстве: география Интернета – земной шар!

Опасности райских кущей

И вот появилась головокружительная, беспрецедентная возможность мгновенного донесения слова до бесчисленного множества людей. Очередная смена пространств: география Интернета – земной шар. И это очередная революция, а революция всегда быстро ломает, только строит она медленно.

Самый наглядный факт современности: Интернет, который немыслимо расширил возможности простого человека для высказывания и действия, лежит в основе нынешнего «восстания масс». Это явление, возникшее еще в первой половине двадцатого века, вызванное вульгаризацией культуры – материальной и духовной, породило и коммунизм, и нацизм. Сегодня он обращен к «массовому» в любом человеке, питается от него и удовлетворяет его во всех отношениях – от языкового до политического и потребительского, ибо невероятно приблизил к народу желанные «хлеб и зрелища», включая самые низкие. Этот наперсник, проповедник и исповедник толп превращает в «шум» все, к чему прикасается, чему дает жизнь, плодит пошлость, невежество и агрессию, давая им неслыханный, завораживающий выход не просто наружу, а на весь мир. Опаснее всего, что это игривое и очень смышленое «дитя» новой цивилизации уничтожает критерии – духовные, нравственные и поведенческие коды существования человеческого общества. Что поделать, в интернет-пространстве все равны в самом площадном смысле этого слова. И я думаю: не слишком ли высокую цену мы платим за прекрасную возможность поговорить с далеким другом, прочесть редкую книгу, увидеть гениальную картину и услышать великую оперу? Не чересчур ли рано сделано это грандиозное открытие? Иными словами, доросло ли человечество до самого себя?

Вопросы, относящиеся к могущественному Интернету, вполне можно назвать экзистенциальными, как и вопрос о том, что мы делаем в этом мире.

Нет такого прибора, который мог бы определить явную пользу и столь же явное зло, что приносят нам все великие изобретения, как нет и возможности отделить одно от другого.

– То есть все-таки о Всемирной паутине? – упрямо уточнила я. – Как раз там я прочитала на днях: «Лучшее, что дала мне жизнь, – это детство без Интернета».

Так чтó мы, собственно говоря, делаем в этом мире, думаю я, проникая все глубже в его тайны, стараясь докопаться до самого сокровенного родника, чья кристальная сила утолит нашу жажду бессмертия? И существует ли он, этот родник, или каждое следующее поколение, снявшее очередной покров с великой тайны, способно лишь замутить чистые воды бытия, подаренного нам непознаваемым гением Вселенной?

Также на официальном сайте акции «Тотальный диктант» можно ознакомиться с текстами писателей:

Захара Прилепина – 2012

Дмитрия Быкова – 2011

Бориса Стругацкого – 2010

Скандал вокруг замены текста Тотального диктанта в Ульяновской области получил неожиданное — полукомическое — продолжение. За губернатора Сергея Морозова, заменившего текст Дины Рубиной на патриотическое сочинение Василия Пескова о местном художнике-соцреалисте Аркадии Пластове, внезапно вступился Союз писателей РФ, удачно напомнив о себе. Впрочем, общественность вряд ли обратила бы внимание на заявление СП РФ, если бы не его вызывающая стилистическая беспомощность, помноженная на наивный антисемитизм.

Точнее, удивительным образом заявлений Союза писателей России о Дине Рубиной оказалось целых два. Одно из них было опубликовано в газете «Завтра» — вместе с передовицей от главреда Александра Проханова («Держись, товарищ Ким Чен Ын!»), некрологом, написанным Эдуардом Лимоновым («Умерла старуха Тэтчер, ну, как тут не откликнуться?»), статьями Оксаны Дмитриевой, Михаила Делягина, Олега Смолина. Заявление Союза писателей «Завтра» опубликовала под полемичной шапкой «Задело!» (ср. другие заголовки из того же номера: «Так!», «За державу обидно!», «Спаси и сохрани!»). Именно этот текст содержит стилистические обороты, нашедшие такой живой отклик в блогах и соцсетях: «израильская писательница — не боцман, и отвечать за всех наших боцманов не может», «откуда у нее глубокие корневые корни русского языка», «встречи с населением членов Союза писателей» и другие.

Претензии, которые выдвигал Дине Рубиной сам Сергей Морозов, занимают более скромное место: «В самом диктанте матерных слов не было. Но сделав автором диктанта матерщинного писателя, введя его в ряд русских классиков, мы пропагандируем его матерное творчество прежде всего среди детей и подростков»; «Пусть Дина Рубина разговаривает на ненормативной (как она говорит — табуированной) лексике со своими детьми, если они у нее есть».


Дина Рубинас Защита русской речи и решающая роль Союза писателей России

«Тотальный диктант» в Новосибирском государственном университете

Однако у заявления писателей есть и конкурирующая редакция — опубликованная на одном из сайтов, аффилированных с Союзом — сайта издательства «Российский писатель». Это сокращенная и усушенная версия того же текста, формулировки в ней сглажены, и единственное украшение, которое позволили себе редакторы, — это замена «местного ульяновского» художника Пластова на «великого русского». Антисемитизм из этого текста практически вымаран, даже наоборот, от него открещиваются: «В СМИ особый акцент делается на том, что Дина Рубина является гражданкой Израиля. Не думаем, что это обстоятельство следует принимать во внимание при оценке ее творчества». Какие СМИ имеются в виду, не уточняется, но вряд ли газета «Завтра». Предположение, что организаторы «Тотального диктанта» наймут для расправы с ульяновскими школьниками израильских киллеров, заменено на просьбу дать правовую оценку угрозам губернатору Морозову. Не осталось в приглаженном тексте ни «израильского боцмана», ни населения членов — даже оргиастическое финальное «Побольше бы России таких Сергеев Морозовых!» заменено на скучное «Мы готовы оказать помощь всем, кто прилагает усилия по сбережению родного русского языка». Единственная вольность, которую себе позволили грамотные редакторы этого текста, — попрекнуть Дину Ильиничну нежеланием «учить культуре иврита в своем родном Израиле».

Меж тем этот второй — стилистически оскопленный — текст не имел никакого отклика; «Лента.ру» натолкнулась на него почти случайно. Широкое хождение получил именно первый, экстатический текст заявления, и его распространителем стала вовсе не газета «Завтра» — ее постоянных читателей «корневыми корнями» не удивить. Заявление в финальной, но не прошедшей «завтрашних» корректоров версии в своем блоге продублировал публицист патриотической направленности, критик, заместитель Проханова, член правления Союза писателей Владимир Бондаренко. Именно оттуда — судим по оставшимся опечаткам — его взял для републикации сайт «Свободная пресса».

Позиция редакции по отношению к републикованному тексту (ему дали острое редакторское заглавие «Под чью диктовку?») осталась неясной; главред издания писатель Сергей Шаргунов, впрочем, заявил радио «Коммерсантъ FM», что сайт дал «сбалансированную историю», опубликовав «рядышком критикующий текст со стороны Владимира Новикова, профессора журфака МГУ». После «Свободной прессы» заявление СП подхватили и другие СМИ; до публикации новости на «Ленте.ру» в ЖЖ-записи Бондаренко было шесть комментариев, сейчас — около полутора сотен.

Нельзя не отметить, что шеф-редактором «Свободной прессы», наравне с «Завтра», предоставившей место «площадной» версии жалобы на Рубину, является другой член правления Союза писателей — Захар Прилепин. Разговаривать с «Лентой.ру» Прилепин отказался, объяснив, что находится за границей. Однако агент писателя Елена Морских заявила ульяновскому сайту «Диван Обломова», что Прилепин «этого письма не подписывал и даже не знал о его существовании». А еще до скандала писатель, зачитывавший диктант в родном Нижнем, назвал текст Рубиной «логичным, разумным», написанным «на хорошем русском языке» и не содержащим «пропаганды, русофобии, ксенофобии». Пикантность ситуации в том, что Прилепин напрямую связан не только со «Свободной прессой» и Союзом писателей, но и с Тотальным диктантом — прошлогодний текст писал именно автор «Греха» и «Черной обезьяны».

Не секрет, что в книгах Прилепина встречаются матерные слова — возьмем первый же пример из художественной литературы на слово «***» в «Викисловаре» — «„***, ну я и лох“, — подумал Саша. Захар Прилепин, „Санькя“, 2006 г». Остается недоумевать, почему Союз писателей не вступился за нравственность еще в 2012 году — не потому ли, что в списке членов правления СП автор «Саньки» указан как Прилепин Захар (Евгений Николаевич), Нижний Новгород. А не, например, Маале-Адумим.

В итоге именно текст из блога Бондаренко стал основным — причем не только для сторонних читателей. Главный редактор журнала «Наш современник», поэт и публицист-почвенник Станислав Куняев подтвердил «Ленте.ру», что ознакомился с заявлением уже в газете «Завтра» — и при этом оказался совершенно с ним согласен, хотя, кто именно его писал, не в курсе: «Если вы мне заплатите, я разузнаю», — пошутил поэт.

В том, что он, представитель руководящих органов Союза, узнает о решении из газеты, Куняев ничего страшного не видит: в СП РФ восемь тысяч членов, и если согласовывать с каждым текст, то «на это понадобится года два». Куняев является сопредседателем Союза писателей — таких людей, по его словам, «человек десять», но то, что даже весь этот десяток не был ознакомлен заранее, его устраивает: сопредседатели, по его словам, «люди пожилые и ни за что не отвечают, это скорее почетная должность».

Сам автор нашумевшего поста Владимир Бондаренко сообщил «Ленте.ру», что первый текст заявления был составлен в спешке — за час до сдачи очередного выпуска «Завтра» — однако все члены секретариата правления, во главе с председателем, 79-летним Валерием Ганичевым, с ним ознакомлены, утверждает Бондаренко. Критик признал, что спешно составленный документ был переделан для сайта «Российского писателя», однако серьезной разницы между двумя вариантами не видит, а в первоначальном тексте жалеет только о стилистических, орфографических и пунктуационных ошибках: «Начинают придираться к запятым, когда к основе трудно придраться», — говорит Бондаренко.

Антисемитский подтекст заявления критик отвергает: по его словам, раньше Тотальный диктант писали «и Дима Быков, еврей, и Борис Стругацкий, еврей», а в Рубиной плохо лишь то, что она больше 20 лет живет за рубежом, к тому же родилась в Ташкенте и говорила на «восточном суржике». При этом и Быков, и Прилепин для диктанта подходят, а то, что в их книгах, как и у Рубиной, встречаются нецензурные слова, секретаря Союза писателей не смущает: «Мужик матерится — я к этому отношусь нормально, женщина матерится — меня это раздражает». Впрочем, мат и у Прилепина, считает Бондаренко, «не от большого ума», и «по стилевому принципу» он тоже был ошибкой.

Рубина для диктанта не годится не только тем, что остальное ее творчество «не для школьников», но и тем, что она «убежденный израильский гражданин и пропагандирует израильскую идеологию», а для диктанта больше бы сгодился русский писатель-почвенник, причем необязательно первого ряда. То, что рупором Союза писателей стало прохановское «Завтра», критик объяснил совсем просто — совпадением места и времени: редакция газеты и Союз писателей занимают одно здание, а скорый выход еженедельного «Завтра» давал Союзу шанс не опоздать с поддержкой ульяновского губернатора.

Меж тем, если посмотреть внимательно, то выбор «Завтра» в качестве трибуны и не должен удивлять. В том же номере, по соседству, как будто специально опубликовано выступление главы Союза писателей Валерия Ганичева на пленуме 20 марта — то есть задолго до всякой Дины Рубиной. Содержание, однако, сходное. « Важны, конечно, нефтепроводы, железные дороги, но именно русский язык и есть самая мощная, духовная и необходимая скрепа и в межнациональном вопросе, и в вопросе всего существования русского народа, нашей страны»; «мы не только не изучаем свой язык, но нередко сегодня на него наступает темнота незнания, амбиции, бескультурья, да и злой умысел из-за границы и внутри».

Заслугой Союза писателей в деле сохранения русского языка называется памятник букве Ё «в Симбирске», у Сергея Морозова то есть: «Моя внучка как-то спросила: „Ты о чем думаешь?“ „Да, есть люди, — говорю ей, — которые хотят говорить не ёжик, а ежик, не ёлка, а елка“. Она задумалась и встревоженно спросила: „Они что, хотят, чтобы ёжик был без иголок?“ Нет, ёжик останется с иголками!»

Борьба Союза писателей за скрепы-иголки и против Дины Рубиной выглядит жалко, особенно на фоне его внушительной истории. Союз писателей СССР создавался Сталиным для устранения многопартийности и стилевой разноголосицы в литературе, установления идеологического контроля, возможности самостоятельно назначать главных писателей — «советских Львов Толстых» — и уничтожать отклоняющихся от линии партии. С П СССР был организацией мощной и страшной — и переделкинские дачи были оборотной стороной травли Ахматовой, Зощенко и Пастернака.

Нынешний Союз не то, что прежний. Союз писателей распался вместе с СССР, а его российское отделение разделилось на несколько организаций: Союз писателей России во главе с Ганичевым — это «патриотический» преемник СП РСФСР, а есть еще «демократический» Союз российских писателей. Эти организации давно ничего не значат в литературном процессе; то, что по-настоящему известный писатель Прилепин входит в правление Союза писателей России, удивительнее, чем то, что его коллегой оказывается неизвестный писатель Всеволод Чаплин. Но и существование СП РФ оправдать можно: должны же быть какие-то формальные критерии, по которым распределяются писательские дачи.

Часть 1. Евангелие от Интернета

Однажды, много лет назад, я разговорилась со знакомым программистом и среди прочих реплик помню его фразу о том, что изобретена некая гениальная штука, благодаря которой все знания человечества станут доступны любому субъекту, — Всемирная информационная сеть.

— Это восхитительно, — вежливо отозвалась я, всегда скучнеющая на слове «человечество» и ненавидящая слово «индивидуум».

— Представьте, — продолжал он, — что для диссертации о производстве глиняной посуды у этрусков, например, уже не нужно копаться в архивах, а достаточно набрать определенный код, и на экране вашего компьютера появится все, что требуется для работы.

— А вот это — прекрасно! — воскликнула я.

Он между тем продолжал:

— Перед человечеством открываются неслыханные возможности — в науке, в искусстве, в политике. Каждый сможет донести свое слово до сведения миллионов. В то же время любой человек, — добавил он, — станет гораздо более доступен спецслужбам и не защищён от разного рода злоумышленников, особенно когда возникнут сотни тысяч интернет-сообществ.

Прошло много лет, а я отлично помню этот разговор. И сегодня, сменив добрый десяток компьютеров, переписываясь — под аккомпанемент клавиатуры — с сотнями корреспондентов, прогоняя очередной запрос из Гугла в Яндекс и мысленно благословляя великое изобретение, я так и не могу однозначно ответить себе: Интернет — «прекрасно» это или «ужасно»?

Интернет — во благо или во зло — рассеял туман, врубив свои беспощадные прожектора, пронизывающие режущим светом до мельчайшей песчинки страны и континенты, а заодно и хрупкую человеческую душу. И что, кстати, стряслось за последние лет двадцать с этой пресловутой душой, перед которой открылись ослепительные возможности для самовыражения?

Интернет для меня третий перелом в истории человеческой культуры — после появления языка и изобретения книги. В Древней Греции оратора, выступавшего на площади в Афинах, слышали не более двадцати тысяч человек. Это был звуковой предел общения: география языка — это племя. Потом пришла книга, которая расширила круг общения до географии страны. С изобретением Всемирной сети возник новый этап существования человека в пространстве: география Интернета — земной шар!

Часть 2. Простое сердце

В поэме Гоголя «Мёртвые души» каждый герой олицетворяет те или иные человеческие пороки. Ноздрёв — авантюрист, игрок, проматывающий состояние, заработанное тяжким чужим трудом. Манилов — пустой мечтатель, любитель громких, напыщенных фраз, нисколько не заботящийся о своём имении. Собакевич, напротив, приверженец всего материального, вообще лишённый каких бы то ни было духовных запросов. Плюшкин и вовсе «прореха на человечестве», скупердяй, совершенно потерявший человеческое обличье.

Сложнее с Настасьей Петровной Коробочкой — единственной женщиной в ряду этих персонажей. В чём её порок и что отличает её от других героев поэмы? Она не фанатик вроде Собакевича, колодец у которого обшит корабельным дубом, и не похожа на Манилова, помешанного на красоте усадебных строений. Коробочка не транжирит деньги, как Ноздрёв, имение у неё небольшое, зато доходное. Она расчётлива, но, в отличие от Плюшкина, не скупа: накормила Чичикова вкусным и сытным завтраком, где были грибки, и пирожки, и блины с топлёным маслицем.

Коробочка простосердечна, но страх перед новым у нее доведен до крайности. Все вокруг меняется, а она все так же живет по старинке. Ее связь с миром осуществляется по традиционной схеме «товар — деньги — товар», которую нарушает Чичиков: покупая «мертвые души», он деньги отдает, а реальный товар не получает. Это и настораживает Коробочку.

В результате именно Коробочка ломает изобретённую Чичиковым криминальную схему. Коробочка едет в город, чтобы узнать, не изменился ли внешний мир, не торгуют ли там уже и «мёртвыми душами», не продешевила ли она. Разгорается скандал, вынуждающий Чичикова бежать из города куда глаза глядят. Так консерватор Коробочка побеждает Чичикова-модерниста.

Конечно, будущие чичиковы придумают новые махинации, на первый взгляд бессмысленные, но приносящие вполне ощутимый доход. Однако на всякого хитреца найдётся своя Коробочка, от простых вопросов которой сбежит очередной ловец душ.

Оцените статью
Экодиктант - Помощь